литература, и искусство в целом, - рождается, по-видимому, из немоты.
из невозможности сказать, из тягостного молчания, из мучительной тишины. 

прорвать её, нарушить вакуум, потревожить застывшее мутной пеленой мироздание - главный порыв,основная цель искусства.

Напилась кофе с коньяком, слушаю французский шансон в исполнении Игги Попа, перечитываю Стругацких.
В 5-ый раз. Да. По меньшей мере, в 5-ый.
В 5-ый раз меня затягивает водоворот этих строчек, словно гигантская воронка, тащит мощной, упорной, непреодолимой силой в другой мир. В 5-ый раз, по меньшей мере, я поддаюсь обаянию этого юмора, окунаюсь в фантасмагории и невероятности этого мира, принимаю правила этой игры, сдаюсь без боя...
Потому что это здесь - внимание! - пафос - Литература! И дальше я умолкаю... 

Хочется накрутить телеобъектив, выйти на улицу, в осеннюю хмурость и пасмурность, выбрать по-выходному оживлённую улицу и щёлкать затвором по задумчивым осенним прохожим: вылавливать лица в толпе и лёгким нажатием на курок  кнопку за-пе-чат-ле-вать. А они, осенние и все себе на уме, будут идти дальше своей дорогой, одни в толпе, не подозревая, что кто-то пропустил их через сложную систему зеркал и сохранил в небольшой чёрной коробочке. Навсегда.

У храма есть (Изя принялся загибать пальцы) строители. Это те, кто его возводит. Затем, скажем, м-м-м... тьфу, черт, слово не подберу, лезет все религиозная терминология... Ну ладно, пускай – жрецы. Это те, кто носит его в себе. Те, через души которых он растет и в душах которых существует... И есть потребители – те, кто, так сказать, вкушает от него... Так вот Пушкин – это строитель. Я – это жрец. А ты – потребитель... И не кривись, дурак! Это же очень здорово! Ведь храм без потребителя был бы вообще лишен человеческого смысла. Ты, балда, подумай, как тебе повезло! Ведь это же нужны годы и годы специальной обработки, промывания мозгов, хитроумнейшие системы обмана, чтобы подвигнуть тебя, потребителя, на разрушение храма... А уж такого, каким ты стал теперь, и вообще нельзя на такое дело толкнуть, разве что под угрозой смерти!.. Ты подумай, сундук ты с клопами, ведь такие, как ты, – это же тоже малейшее меньшинство! Большинству ведь только мигни, разреши только – с гиком пойдут крушить ломами, факелами пойдут жечь... было уже такое, неоднократно было! И будет, наверное, еще не раз... А ты жалуешься! Да ведь если вообще можно ставить вопрос: для чего храм? – ответ будет один-единственный: для тебя!..

смотреть - не значит видеть.
слушать - не значит слышать.
знать - не значит понимать. 

хочется строчить банальности и ерунду, ерунду и банальности. ну, действительно, не всё ж на вечные темы вести беседы?!
а вот шагаешь осенним вечером в компании то громко буйных, то задумчиво притихающих друзей по тёмным, безфонарным улочкам своего города, который набил тебе оскомину своей неизменностью и затхлостью, и на миг перестаёшьузнавать, раздваиваясь в сознании, эти изгибы улиц, фасады зданий, шорох листьев под ногами - всё кажется нездешним, полузнакомым. всё это - как форточка в параллельные миры, и в такие мгновения ты будто живёшь сразу несколько жизней.

Ехали по наводнённому - теперь уже совсем осеннему - городу домой.
Синие и жёлтые водяные штампы расплывались по стеклу уносящей по мокрым улицам нас маршрутки.
И мне подумалось, что водитель очень похож на деда Мазая: из окутавшей мир мокрой пелены он выхватывал кругами фар маленькие фигурки "зайцев", жалко мокнущих в одиночку на обочине или стадно жавшихся друг к дружке на островках-остановках, заботливо подбирал их из этой промозглости и тьмы "на борт", чтобы затем доставить их в целости и сохранности "до берега", в тепло родного (или родственного) дома, в объятия мягкого пледа, в аромат крепкого чая с шиповником.
Он был серьёзен и сосредоточен: он явно сознавал всю ответственность и важность своей миссии.
А нам в качестве спасённых дедом Мазаем зайцев чувствовалось очень уютно, и дождь казался совсем не таким страшным.

когда я иду к цирку, мимо проплывает большая цветочная клумба. обычная такая, городская клумба, без изысков. но - такой душный медовый аромат вьётся в воздухе, что мне кажется, я начинаю понимать психологию пчёл и прочих бабочек...

на нашем балконе перманентно живут мои тапки.  они там обитают безвылазно,  дабы мне было сподручней пить на утреннем солнышке утренний крепкий чай.
и вот сегодня выходу, чтобы совершить сей утренний (да, в 12 часов - утренний!) маленький ритуал - а ровно между тапками притаился хрупкий жёлто-бурый листочек. такой вот сюрприз припасла для меня (и моих тапок) эта осень. я улыбнулась ей в ответ.

 несмотря на по-летнему жаркие деньки, на стреляющее лучами по глазам солнце,
чувствуется дыхание осени. оно возникает во внезапных  порывах ветерка, в шелесте и покорном трепете листвы, в тенях и складках города.
осень словно разлита вокруг. она - в молекулах воздуха, который я вдыхаю.

город загораживает собой утро. за противоестественным светом фонарей и массивными кубами зданий тихое, тонкое, как паутинка, раннее утро проступает светлеющими пятнами сквозь гряду томно-синих облаков. 

я выглядываю в окно и удивляюсь:
что в одном из окон дома напротив горит свет. значит, кто-то ещё (или уже) не спит.
что, оказывается, не вымерли дворники - вот мужичок в кепке и свитере с сухим шелестом метлой собирает опавшие листья в коробку.
что бегут первые троллейбусы и трамваи, хотя пассажиров в них что-то не видать.

белёсое и простоволосое, идёт по пустым улочкам моего города, новое утро...

и вот так всегда:
стоит только возжелать всем сердцем и прочими потрохами  приготовить вкуснейших блинов и накормить ими мужа, полдня уже смотрящего в мою сторону голодными глазами, как совершенно неожиданно выясняется, что молока-то и нету. злодейка-судьба посмеялась над моим кулинарным вдохновением, а заодно и над пустым желудком благоверного!

Лунный свет отправляет меня в нокаут -
Историю болезни помнит лишь доктор Хаус.
Мне кажется, я знаю, чем ты меня привлекаешь.

Мы заходим к себе с "черного входа" -
Похоже у нас тобой дефицит йода.
Мне не всегда нужно то, что "Yandex" находит!

В крови новых нот вирусы - опять лихорадит.
Теперь люди в аптеках всегда очень рады нам.
В воде, что мы пьем, нашли изотоп радия.

У нас на двоих одно сердце-сканер!
Врач-осень возьмёт наш образец тканей/
Эй, лед тает не только в твоём стакане!

Лунный свет отправляет тебя в нокаут -
Историю болезни помнит лишь доктор Хаус/
Мне кажется, я знаю, чем я тебя привлекаю!
стихи ( и песня), конечно, совсем не о этом, но - 21 сентября 6-й сезон ;)

а ещё вспомнилось, как сильно  прифигел удивился Саша, когда мы заявили. что мы-де-гости-из-Засратова... =)
 

Вспомнилось всё: сон до обеда, долгий путь на автобусе в центр, распитие посреди бела дня и посреди парка бутылок коньяка в компании екатеринбуржских суровых парней, догон остатками коньяка на остановке и - концерт Ляписа.
Где: смешались кони, люди... ноги, руки, по спине - пот ручьями... снова и снова прыгать - сильнее, выше, быстрее! 


Я два раза потеряла пуговицу от сарафана на танцполе - и два раза нашла. Но главное чувство, которое возникает теперь при звуках этих песен, - ЭТО БЫЛО.

Иногда я сама офигеваю от своей вежливости!
Мало того, что за каждую оказанную мне услугу я готова лепетать "спасибо" и кривить рот в улыбку,
так я чуть ли не делаю при этом книксен! Еле сдерживаюсь.

На протяжении 15 лет этот день был моим днём, и впервые сегодня он - не мой.
И хотя этот, так называемый, праздник, по меткому выражению Ани, был скорее празднично обставленными похоронами, мне отчего-то грустно и одиноко сегодня.

Надо сказать, что училась я, сама, может, того не сознавая, с удовольствием: мне нравилось, являя собой типичный, анекдотический даже, образец студента, освоить премудрость получения "отлично" из ничего, нравилось спать на парах, сотавляя на своей щеке отпечатки неоконченных конспектов, нравилась сессионная гонка, когда за день успевал прочесть 5 романов, не успевая при этом умыться и вылезти из кровати.

И мне - признаЮсь,  с головой выдаю себя - жалко отдавать всю эту роскошь тем, кто её (пока - по крайней мере) не ценит или ценит, но не так, как нужно бы ценить - всем этим желторотым первокурсникам, большебантным первоклассникам и прочим неопытным, милым созданиям.


А я теперь всего лишь человек в толпе, этакий маргинал - без роду без племени. Ориентиры потеряны, маячки затеряны в тумане. И вот уже один из центральных столпов существования - 1 сентября - не помечен никаким цветом в моём календаре.

мы вместе уже (ещё?) четвёртый год.
но по-прежнему не можем прожить врозь больше 24-х часов.


в небе не видно луны.
долгожданный дождь.

Жду любимый август. Две двойки. И море перемен. Исключительно позитивных, прекрасных и волшебных.

Здесь нам коротки волны,
И трёхминутные трэки
Мы не глядя меняем
На все шумы и помехи... 

                             (с) Полюса